Госкорпорация "Роскосмос" новости

[cross-track]

А зачем чехлы на тросах?

а почему в грязь ложат?

Насчет ложат на снимке не видно; просто перевозят с места доставки к месту назначения. А то, что грязь - так осень близко

[АниКей]

[АниКей]

→ Новости
Новости
#Роскосмос#СМИ#ТАСС#РКК Энергия#Российская орбитальная станция
27.08.2021 22:50
Россия запустит собственный орбитальный космопорт
Ракетно-космическая корпорация «Энергия» (входит в состав Госкорпорации «Роскосмос») ведет работу над запуском первой в истории отечественной орбитальной станции с функциями космического порта. Об этом в четверг сообщили на YouTube-канале РКК «Энергия» в передаче, посвященной деятельности корпорации.

«РОСС — Российская орбитальная служебная станция. Следующий этап космической деятельности России. <...> На станции не будет постоянного экипажа; РОСС станет космическим портом для малых космических аппаратов», — сообщили в эфире.

По словам представителей РКК «Энергия», космонавты будут летать на РОСС вахтовым методом, а инфраструктура станции сможет обслуживать орбитальные аппараты. РОСС планируется в виде станции-облака, когда в составе станции есть не только ядро, но и летающие вокруг нее автономные модули, которые периодически подходят к станции для ее обслуживания.

«РОСС — это творчески переосмысленный и технически более совершенный возврат к идее станции ,,Мир-2". Размещение ,,Мира-2" также предполагалось на высоких широтах планеты. Это позволило бы полностью наблюдать территорию нашей страны и особенно интересные с экономической точки зрения районы Арктики», — сказано в сообщении.

Генеральный директор госкорпорации Дмитрий Рогозин в интервью ТАСС сообщил, что отправил письмо на имя вице-премьера РФ Юрия Борисова с подробной дорожной картой проекта и материалами президиума научно-технического совета Роскосмоса. Он уточнил, что наклонение орбиты РОСС (51,6 градуса или 97-98 градусов) будет определено во время эскизного проектирования.

Источник: ТАСС
 26 августа 2021 года, 21:01

[АниКей]

РОГОЗИН

@Rogozin

В ответ
@Rogozin
Таким образом, получается автономная замкнутая система. Подробнее на РБК:


«Роскосмос» испытает аналог космических плазмотронов для сжигания мусора
Исследовательский центр им. М. В. Келдыша (входит в Роскосмос ) к концу года испытает установку с плазмотроном для сжигания твердых бытовых отходов (ТБО). Об этом сообщил генеральный директор ...

rbc.ru
8:36 AM · 29 авг. 2021 г.·Twitter for Android

[АниКей]

Ветка
Посмотреть новые твиты
Переписка

РОГОЗИН


@Rogozin
·
1 ч
В Центре Келдыша (Роскосмос) используются плазмотроны, которые позволяют получать высокотемпературные газы при 5000 С°. Устройство может использовать выделяемые при сгорании отходов газы для вращения турбин, которые вырабатывают электроэнергию.

[АниКей]

3dnews.ru

Космический корабль «Орёл» получит передовую систему спасения экипажа

В корпорации «Московский институт теплотехники» (МИТ), входящей в «Роскосмос», рассказали о системе спасения экипажа перспективного космического корабля «Орёл».

Здесь и ниже изображения «Роскосмоса»
«Орёл» ранее был известен под названием «Федерация». Этот пилотируемый аппарат планируется использовать для доставки людей и грузов к Луне и на орбитальные станции. Первый запуск с космодрома Восточный в беспилотном варианте намечен на 2023 год.
Корабль получит передовые системы, выполненные с применением современных технических решений. Одной из них станет новый ракетный блок аварийного спасения (РБАС), предназначенный для увода головного блока с экипажем в сторону от аварийной ракеты.
В состав РБАС для аппарата «Орёл» войдёт специализированная штанга с двумя силовыми агрегатами — основным и двигателем управления. Применение дополнительных аэродинамических стабилизаторов не предусмотрено.

Как рассказали в МИТ, в настоящее время изготавливаются все составные части РБАС, прожигаются двигатели, а также выполняются работы по определению запаса прочности компонентов. В дальнейшем планируются бросковые испытания системы, а также тестирование в составе ракетного комплекса.
«На сегодняшний день, по нашим расчётам, бросковые испытания будут проведены в конце 2023 года — начале 2024 года. Он [РБАС] стартует с земли до определённой высоты. Мы снимаем параметры, смотрим, правильно ли он работает», — приводит ТАСС слова специалистов МИТ.

[triage]

https://gazeta.ru/politics/2021/08/29_a_13928414.shtml

29 августа 2021, 10:23 Политика

«Война будущего начнется в космосе». Большое интервью Дмитрия Рогозина

Дмитрий Рогозин рассказал «Газете.Ru» о милитаризации космоса

Лидия Мисник

Спойлер

Слушать
close
100%
Дмитрий Рогозин
Дмитрий Рогозин

Александр Рюмин/ТАСС
Дмитрий Рогозин рассказал «Газете.Ru» о гонке вооружений в космосе, о перспективах ядерной войны, о полете на Луну и конкуренции с США, а также о деле Ивана Сафронова, борьбе с коррупцией и вероятности найти инопланетную жизнь.
— Сейчас многие говорят об угрозе милитаризации космоса. С вашей точки зрения, она уже началась, неизбежно ли это?

— То, что сейчас принято обобщать как «космос», в принципе появилось из военного космоса. Изначально все существующие на сегодняшний день ракетно-космические комплексы создавались как средства доставки ядерного оружия. Даже так называемая «легендарная семерка» — прообраз «Союза-2» — это ракета, которая создавалась в ОКБ-1 под руководством С.П. Королева как боевая ракета. Правда, позже военные сочли это неподходящим, потому что требуется определенное время на подготовку ракеты к старту, и сделали выбор в сторону ракеты нового класса.

То же самое — ракета «Протон-М», тоже была ракета УР-200, УР-500, — это тоже были боевые ракеты.

Поэтому как правило военные разработки связаны с обеспечением безопасности страны — а для СССР это была крайне важная тема. Когда у США уже существовали средства доставки атомных бомб, в СССР тоже акцент был сделан на создание атомного оружия и средства его доставки. Более того, даже был такой приоритет в сторону ракетного вооружения, что он даже нанес ущерб развитию Военно-воздушных сил Советского Союза.
Поэтому милитаризация космоса, хотя это словосочетание и звучит угрожающе, — это все военные разработки: и размещение орбитальной группировки специальной связи, высокодетальных систем наблюдения за потенциальными передвижениями противника, навигация и многое другое. Эти разработки шли и идут до сих пор.
Другое дело, против чего мы выступаем и что мы называем настоящей милитаризацией космоса, — это размещение на постоянной основе оружия в космосе. Одно дело — межконтинентальные баллистические ракеты (а они есть и у нас, и у США, и у Китая, и у других стран), которые, по сути, находится в космосе считанные минуты, и будем надеяться, что они никогда не будут использованы. Другое — размещение на постоянной основе оружия космического базирования. Мы категорически против этого.

— А вооруженный конфликт в космосе, по вашему мнению, возможен?

— Мы реалисты и прекрасно понимаем, что войны совершенствуются. Раньше любой конфликт начинался на границе. При появлении ракетного вооружения границы перестали иметь такое значение, особенно когда появились ракеты с глобальной дальностью. Соответственно, они могли наносить удары по всем объектам, даже на стратегической глубине территории противника.

Если говорить о войнах будущего и о тех прогнозах, которые дают аналитики, серьезная война, если она когда-нибудь, не дай Бог, начнется, начнется именно в космосе.

Потому что именно с уничтожения орбитальной группировки противника начнется конфликт. Любая страна-противник попытается ослепить своего врага, оглушить его, сделать его слепоглухонемым, потому что зрение, слух, обоняние — все это создается через космос. Только через космос можно видеть всю глубину территории потенциального противника.

Чтобы лишить противника всех этих чувств, нужно уничтожить его орбитальную группировку, — с этого начинается война в космосе.

Но при этом надо понимать, что боевое воздействие на космический аппарат, тем более относящийся к военной группировке, — это повод к войне.
Именно поэтому на очень многих аппаратах стоят системы идентификации, которые позволяют точно выявить, было ли при повреждении данного аппарата некое направленное рукотворное воздействие, либо это было воздействие другого характера, например, метеорит, внутренняя поломка. Это надо очень четко отслеживать, потому что, если США, Россия или Китай поймут, что на его космический аппарат напали, — это по сути нападение на страну.


— Россия готова к войне в космосе?

— Россия пережила столько войн, колоссальных потерь, поэтому мы, безусловно, готовы к отражению любого нападения, в том числе и в космическом пространстве.

— А ядерные вооружения, по вашему мнению, могут быть размещены в космосе?

— Я считаю, что это было бы преступление. Именно поэтому (некоторые меня за это критикуют) я стал возражать господину Илону Маску, когда он предложил терраформирование Марса за счет ядерного оружия. Я как раз сказал, что до терраформирования Марса дело не дойдет, зато до вывода ядерного вооружения в космос дойдет. Именно поэтому я считаю эту идею чрезвычайно опасной.

Что может быть? Ядерное оружие может быть выведено в космос не под предлогом нападения на противника, а под каким-то очень красивым предлогом, как раз, например, терраформирования Марса, или в рамках астероидно-кометной безопасности. Конечно, мы понимаем, что для этого не нужно выводить ядерное оружие. Если понадобится, его можно вывести за считанные минуты.

Но постоянное его базирование и атака с его помощью из космоса, по сути, сокращает скорость реакции возможной страны-жертвы на такую атаку, а, значит, увеличивает риск глобального поражения этой страны. Поэтому я считаю, что нужно сделать максимум, чтобы те международные соглашения, которые уже существуют на сей счет, работали, и ни под каким предлогом не разрывались.

— Скажем, Россия не будет выводить в космос ядерное оружие. А если это сделают Штаты? Как Россия отреагирует? Может разместить в ответ свое оружие?

— Значит, это будет преступление.

— Как Россия отреагирует? Может разместить в ответ свое оружие?

— Мы найдем адекватный ответ. Каким он может быть — это вопрос к Минобороны и Военно-космическим войскам. Они совершенно точно найдут ответ.

— Может ли гонка вооружений с США перейти в космос?

— Именно поэтому люди, причастные к космической деятельности, всегда говорят, что космос должен быть вне политики. Хотя все понимают, что это не так. Космос — это вершина политики. Космическая деятельность — это, по сути, витрина технологий, которые есть в стране. Если у США есть технологии, они обязательно их покажут. Мы, безусловно, тоже никогда не скрывали существование самых разных технологий космической деятельности в нашей стране — как доставшихся от советской космонавтики, так и новейших разработок. Но при этом хочу сказать, что мы стараемся оберегать космическую деятельность от такого рода происшествий.

— Вы как-то говорили, что гонки вооружений не может быть, потому что «Роскосмосу» дают меньше денег, чем NASA.

— Я имел в виду немного другое. Раньше, когда было соревнование двух глобальных общественно-политических систем — мира социализма и капитализма — космос как раз становился витриной для соревнований. Один побежал 100 м — другой побежал за ним. Один прыгнул в высоту — другой тоже постарается прыгнуть за ним. Сейчас мы понимаем, что этого делать совершенно не нужно.

Я же сказал, что сейчас у нас имеется ограниченное финансирование. Раньше советскому космосу никто не ставил каких-то границ финансирования — сколько тебе нужно, столько и бери. К примеру, «Буран» стоил 19 млрд советских рублей — это когда доллар был 60 копеек. То есть это триллионы рублей, переводя на нынешние деньги. Над этим проектом работал миллион человек в нашей стране.

Сейчас мы просто не видим смысла бегать за американцами.
У нас есть приоритетные направления, где мы мировые лидеры. Прежде всего, это ракетное двигателестроение. Второе — это направление по разработке ядерной энергетики в космосе. Где-то мы вторые в рамках трех космических держав.

Всего же у нас есть три направления — военный космос, космос прагматичный, то есть для страны, и научный космос.

Вот по научному космосу мы делаем многие вещи, которые считаем чрезвычайно важными. Первое — это создание новой российской орбитальной служебной станции, а орбитальная станция — это, прежде, всего наука. И мы на тех параметрах, которые предложены на орбите, по техническим характеристикам станции получим принципиально новые результаты в рамках космических экспериментов.

Второе — мы впервые за четыре с половиной десятилетия возобновляем лунную программу, готовимся запустить «Луну-25». Мы идем на второе пусковое окно, потому что так долго не запускали эти аппараты. Это новое поколение разработчиков, молодые инженеры. Они, безусловно, хотят получить максимум уверенности, что у них это получится успешно. Поэтому четыре-пять месяцев роли не играют. И мы соглашаемся с тем, что идем на второе пусковое окно.

Но дальше идут «Луна-26», «Луна-27», «Луна-28», то есть это тоже важнейшее направление, но оно нам интересно именно с точки зрения автоматических аппаратов. Возвращаться туда экипажем, как это делали американцы и опять пытаются сделать, мы не видим ни малейшего смысла.

Программу по Луне мы выполняем так, как считаем нужным. А когда у нас появится научное обоснование отправки туда экипажа, мы его отправим. Но не потому, что это сделали американцы.

Третье направление по науке — это обсерватории. Уникальные материалы мы получаем и обрабатываем для академии наук. Надеемся, что после вмешательства президента мы получим ресурсы на сохранение этой программы.

Мы двигаемся дальше без оглядки на кого-то. Гонка нам не нужна, она бессмысленна, потому что у нас есть своя национальная космическая программа.
Если вдруг США понадобится наша помощь, мы единственная страна в мире, которая может им ее оказать. И это NASA уже много раз говорили, что они что-то рано начали хлопать форточкой. Не плюйте в колодец, обязательно придется попить русской водички. Равно как и мы, если мы пойдем в дальний космос, мы будем также рассчитывать на поддержку американцев. Это правило жизни.

— Как бы вы в целом охарактеризовали российско-американские отношения в космосе?

— Это не те отношения, которые были при СССР. Тогда отношений не было вообще, а когда они появились, они санкционировались не космическими агентствами, а политическим руководством двух стран. Тогда это были шок, радость.

В 1990-х годах, когда появилась идея МКС, взаимодействие стало постоянным, я бы даже сказал рутинным. И оно наработано. Уже появились люди, которые знают друг друга, ездят друг к другу домой специалисты — наши и американские, у нас есть космонавты, которые теперь уже, будучи свободными людьми, ездят проводить обучение в США, во Франции. Произошла уже определенная диффузия. Но надо иметь в виду, что NASA — это федеральное космическое агентство США. То есть это часть его правительства, и они будут проводить линию их президента.

А мы госкорпорация, и мы будем проводить линию нашего президента. В этом есть и плюсы, и минусы. Плюсы в том, что мы обеспечиваем государственную национальную программу освоения космоса, а минусы в том, что, хотя мы и занимаемся космосом, не можем находиться в безвоздушном пространстве. То есть на нас эти ветры отношений, конечно, воздействуют. Но глава NASA Билл Нельсон и я делаем все возможное, чтобы оберегать наше взаимодействие от проблем.

Вот как у нас это было с модулем «Наука». Ну никакого воздействия стыковка модуля и некоторые проблемы, которые возникли после нее, не имели на пуск корабля Starliner. Мы знали изначально, что они не полетят в этот день, потому что там была плохая погода. Когда у них стала развиваться нештатная ситуация с их внутренней системой, когда они сняли корабль, сначала отвезли его в технический корпус, а потом вообще отправили на завод-изготовитель. А потом американцы говорили, что во всем виновата «Наука». Но это неправда.

Так иногда бывает. Наши предприятия тоже так делали. Была такая история еще в советское время. Одно предприятие до конца не довело по наземным испытаниям агрегат, который должен был полететь на ракете, думая, что ракета не взлетит, она была только в начале испытаний. А ракета взлетела, полетела, и, когда пришло время включать агрегат, он не включился. То есть те, кто отвечал за верхний этаж, надеялись, что нижний этаж сгорит. Такая забавная история. Но такого быть не должно. Мы свои проблемы не должны путать с проблемами партнеров.

— Вы увязали выход России из проекта МКС с санкциями США против российских космических предприятий. Если санкции остаются, какова судьба российского сегмента МКС?

— Я спрашивал много раз коллег из NASA: «Вы вообще со своим правительством как-то обсуждаете этот вопрос, или вы вообще никак не контактируете?» Почему министерство финансов вводит против нас санкции в отношении двух предприятий, одно из которых включает центр управления полетами в Королеве, а второе — делает ракеты, на которых выводятся международные экипажи, в том числе с американцами, на МКС.

Я говорю: «Вы вообще мозги-то как, включаете? Вы зачем вводите санкции против тех, кто вам же помогает работать над совместными проектами?»
Поэтому я сказал, что, если санкции сохранятся, физически вы сами перечеркиваете это сотрудничество, не я. Я никаких ультиматумов не ставил.

Дело в том, что мы уже приступили к разработке российской орбитальной служебной станции, поэтому, возможно, будущая орбитальная пилотируемая космонавтика нашей страны будет иметь скорее национальный, чем международный характер, что позволит нам делать больше, чем мы можем делать сейчас.

— США периодически обвиняют Россию в создании противоспутниковых аппаратов. Насколько это обоснованно?

— Да, я читаю эти сообщения, это обычная пропаганда. Они сами создают противоспутниковое оружие, сами его испытывают. У нас достаточно мощная система мониторинга околоземного пространства. Если они думают, что мы чего-то не видим, они ошибаются. Они нас обвиняют в работе наших спутников-инспекторов, а сами этих инспекторов создавали раньше всех остальных. Мы понимаем, что это элемент информационной кампании, поэтому улыбаемся и ничего не говорим.

— Вы упоминали Илона Маска. На ваш взгляд, он может заняться военными космическими проектами?

— Так он давно этим занимается. Space X — подрядчик Пентагона. Я всегда об этом говорил. Здесь ничего такого нет. Они за счет тех сумм, которые получают от Пентагона, компенсируют цену своей ракеты Falcon 9.

Второе — новые разработки, которые он реализует, связаны с Пентагоном.
Например, красивая идея, которую сразу поддержали наши энтузиасты, — межконтинентальная быстрая доставка людей. Идея действительно очень красивая, фантастическая, будем надеяться, что однажды она станет реалистичной, но на сегодняшний день, чтобы посадить людей в ракету, чтобы она перелетела с одного континента на другой, придется пойти на колоссальные риски. Это риски, подобные первому испытанию военного или гражданского самолета. Поэтому обычные пассажиры никогда не будут пользоваться этими услугами, это смешно. Это перегрузка, эмоциональное потрясение. Это все история для спецназа. Чтобы перебросить с одного континента на другой специально обученных людей, такие технологии будут хороши. Но это вовсе не для того, чтобы открыть человечеству возможность летать через океан за считанные минуты.

— Не мешает ли такая тесная связь военных и космической отрасли развитию ориентированного на космос российского бизнеса?

— Нет, никак не мешает. Потому что созданный за деньги государства научно-технический задел в итоге сначала переходит в гражданскую государственную космонавтику, а потом уже и в частную. Компания Space X так же формировалась. Ей передавались задельные вещи, фактически государство было донором, предоставило специалистов лучших из NASA и так далее. У нас — то же самое. У нас все частные компании в основном состоят из специалистов, перешедших из государственных организаций.

Другое дело, что у нас нет в этой области большого венчурного капитала, это главный тормоз для развития российского космического бизнеса. А так — то же самое.

Мы готовы оперативно давать лицензию на космическую деятельность любой частной компании, готовы снабжать их специалистами, подсказывать им некоторые вещи. Конечно, мы будем заставлять эти частные компании уважать стандарты безопасности, которые, что называется, кровью написаны.
Но в остальном мы тоже заинтересованы в развитии частных компаний.

— Если говорить об угрозах из дальнего космоса, российская техника готова, например, к возможному падению метеорита на Землю?

— Если смотреть на эту проблему, ее надо видеть в двух плоскостях. Первая — обнаружение крупных и малых тел, которые могут угрожать безопасности. И российская, и американская система мониторинга космического пространства видят все, кроме опасных сближений со стороны Солнца. Чтобы закрыть эту нишу, надо размещать телескопы не на Земле, а на той же самой Луне.

Вторая тема. Хорошо, мы узнали — что-то летит на Землю. И может быть такая же история, как с динозаврами. На сегодняшний день средств, способных спасти Землю, нет.
И именно это мы предлагаем NASA: давайте не будем заниматься тем, чем мы сегодня занимаемся, непонятными вещами, перепалками и так далее, а займемся именно этим. И тогда мы приобретем колоссальное значение для орбитальной станции, тогда будет понятно, зачем мы работаем по Луне, потому что нужно перекрыть брешь со стороны Солнца.

Эта программа будет очень дорогостоящая, поэтому она точно должна быть международной. Это будет система, которая сможет оперативно выдвинуться навстречу этому телу, и путем воздействия на него обеспечить либо его разрушение до мелких частиц, которые сгорят, когда будут входить в атмосферу Земли, либо пытаться воздействовать на его орбиту, чтобы тело пролетело мимо Земли. Как это сделать, мы понимаем на уровне теории.

Я считаю, что это важнейший проект. Но сам «Роскосмос» не потянет такие вещи. Это должен быть международный глобальный проект. Я в свое время в 2010 году написал Дмитрию Анатольевичу Медведеву небольшой доклад, где описал свои переговоры с коллегами и в НАТО, и в нейтральных странах о том, что только такой проект астероидно-кометной безопасности может быть единственным выходом из полемики вокруг противоракетной обороны.

То есть противоракетная оборона — это не то, что мы обеспечиваем оборону друг против друга, а что это должна быть оборона Земли, организованная совместными усилиями. Тогда меня президент поддержал, но дальнейшие переговоры с партнерами не продолжились, потому что им нужно совсем другое.

Западные элиты думают узколобо, в направлении сопротивления России, вместо того, чтобы совместно сесть за круглый стол и подумать, как спасти нашу планету. Потому что на эти технологии уйдет колоссальное количество денег. Если мы просто увидим угрозу и не сможем спасти человечество, мы себе этого не простим.

— А в существование инопланетной цивилизации верите?

— У меня нет никаких фактов, чтобы в это верить.

Но, если говорить о моих личных убеждениях, я считаю, что вселенная бесконечна и во времени и в пространстве, поэтому бесконечным может быть шанс существования жизни во вселенной.
Эта жизнь не обязательно должна быть в лице гуманоидов, это могут быть клетки, вирусы, растения, а могут быть и живые разумные существа. Этот вопрос будоражит наши умы, и, думаю, будет будоражить, пока мы не найдем этой разумной жизни. Все миссии, которые мы сегодня готовим, например, миссия на Марс совместно с Европейским космическим агентством преследует цель найти признаки жизни, которые когда-либо были на Марсе. То есть мы ищем жизнь, а, значит, мы в это верим.

— Немного о вашей деятельности на посту главы «Роскосмоса». Не могу не спросить про задержанного в прошлом году экс-журналиста и вашего советника Ивана Сафронова. У вас есть какие-либо сведения о ходе его дела?

— Нет, следствие закрыто.

— Проводил ли «Роскосмос» свое отдельное расследование?

— Ему вменяют госизмену, а такого рода факты могут установить и доказать в суде только органы, обладающие соответствующими компетенциями.

Мы исходим из того, что идет следствие, работают адвокаты, до момента вынесения решения суда господин Сафронов остается в своей должности, в которой он был, когда его задержали. Никакого изменения в нашей линии нет.
Я считаю, мы ведем себя достойно в этом вопросе. Суд все решит.

— Если его все же обвинят, позиция «Роскосмоса» изменится?

— Будем исходить из уважения к закону и к решению судебных органов. Каждый может думать по-своему, но государственная корпорация — это некий квазиорган исполнительной власти. Когда будет решение суда, мы поступим сообразно ему, независимо от каких-либо симпатий и антипатий.

— Вы говорили, что собираетесь очистить «Роскосмос» от коррупции и казнокрадства. Удается?

— Только этим и занимаюсь. Постоянно. Наше управление безопасности проводит плановые проверки, мы создали пронизывающую всю отрасль систему аудита, если были нарушения прошлых лет или нынешних, это немедленно докладывается нам, мы формируем необходимые документы и передаем сразу готовые.

Уже год у нас действует система прохождения полиграфа при назначении на любую значимую должность. Кандидатам задаются два вопроса — первый касается его экономической добропорядочности, второй — его добропорядочности как гражданина.
Эта история была введена по моему решению, она позволяет отсеивать людей, которые странно отвечают на поставленные вопросы. Поэтому гигантскую работу за последние годы провела эта система, в основном очистив людей, которые использовали бюджетные средства и свое властное положение для самообогащения или продвижения родственников.

Сейчас мы также практикуем избавление от родственных кланов. Мне докладывают, если такое имеет место.

— Как вы считаете, сколько еще у вас уйдет времени, чтобы полностью искоренить коррупцию в организации?

— Это постоянный процесс. Когда я еще занимался политической деятельностью... Многие же говорят, что политика — дело грязное. Я говорил по-другому, что политика — это профессия, где должны быть высочайшие стандарты этики.

Когда есть высочайшее количество соблазнов, власть, возможность распоряжаться миллиардами, сотнями миллиардов бюджетных средств, возможность продвижения кого-то, нужно быть настолько высоко этичным, чтобы воспрепятствовать своему сиюминутному желанию закрыть глаза на что-то. Нужен не только самоконтроль, но и другой контроль.
Мне очень легко живется. У меня все железобетонно по декларациям, у меня огромное количество контролирующих органов, которые наблюдают за мной в телескоп. Поэтому мне очень легко живется. А для моих подчиненных я должен обеспечить этот контроль

[свернуть]

не читал, но осуждаю

[Veganin]

— Скажем, Россия не будет выводить в космос ядерное оружие. А если это сделают Штаты? Как Россия отреагирует? Может разместить в ответ свое оружие?
— Значит, это будет преступление.
— Как Россия отреагирует? Может разместить в ответ свое оружие?
— Мы найдем адекватный ответ. Каким он может быть — это вопрос к Минобороны и Военно-космическим войскам. Они совершенно точно найдут ответ.

Минобороны и ВКС совершенно точно найдут ответ на размещение ЯО супостатом в космосе, а вот когда Роскосмос найдет ответ на забугорные луноходы и марсоходы - большой вопрос. Судя по всему, пока глава ведомства занимается решением вероятных проблем других министерств - очень не скоро. К сожалению любителей космонавтики.

НАСА объявило о выборе двух космических аппаратов с названиями «Синий» (Blue) и «Золотой» (Gold), которые будут запущены в окне Марса 2024 года, для прибытия на Красную планету в 2026 году. Общая миссия носит название Escape and Plasma Acceleration and Dynamics Explorers (ESCAPADE) и возглавляется Лабораторией космических наук Калифорнийского университета в Беркли. ESCAPADE стоит всего 80 миллионов долларов и является частью инициативы НАСА по созданию недорогих, быстро собираемых межпланетных миссий, называемой программой малых инновационных миссий для исследования планет (SIMPLEx). Для сравнения: этап разработки космического корабля НАСА MAVEN обошелся в 367 миллионов долларов.

«ESCAPADE и две другие недавно утвержденные миссии НАСА - это эксперименты, цель которых - увидеть, могут ли успехи космической отрасли за последние пять-десять лет привести к гораздо большей отдаче с точки зрения науки в расчете на доллар», - говорит Роберт Лиллис (Университет г. Калифорния, Беркли) в недавнем пресс-релизе. «Отправка двух космических кораблей на Марс общей стоимостью 80 миллионов долларов - это просто неслыханно, но нынешнее руководство НАСА идет на риск».

Источник: https://terrnews.com/exclusives/289479-goluboj-i-zolotoj-orbitalnye-apparaty-nasa-otpravjatsja-na-mars-v-2024-godu.html

Вот чем нужно заниматься, а не выражать беспокойство, что цель программы Старшип - высадка американского спецназа на другом континенте:

МОСКВА, 29 августа. /ТАСС/. Система для быстрой межконтинентальной транспортировки людей с помощью ракет, разрабатываемая компанией SpaceX, может стать средством для переброски спецназа. Такое мнение выразил гендиректор Роскосмоса Дмитрий Рогозин.

Глава госкорпорации отметил, что новые разработки, которые реализует SpaceX, связаны с Пентагоном. В качестве примера он привел быструю межконтинентальную транспортировку людей. "Обычные пассажиры никогда не будут пользоваться этими услугами, это смешно. Это перегрузка, эмоциональное потрясение. Это все история для спецназа. Чтобы перебросить с одного континента на другой специально обученных людей, такие технологии будут хороши", - сказал Рогозин в интервью "Газете.ру".

По мнению главы Роскосмоса, сама идея быстрой транспортировки людей на другой континент с помощью ракет является красивой и фантастической. "Но это вовсе не для того, чтобы открыть человечеству возможность летать через океан за считанные минуты", - убежден он.

[triage]

https://www.militarynews.ru/story.asp?rid=1&nid=556369&lang=RU

Путин посетит космодром "Восточный" - ТВ

29.08.2021 13:40:01
       Петропавловск-Камчатский. 29 августа. ИНТЕРФАКС - Президент РФ Владимир Путин на следующей неделе вновь посетит космодром "Восточный" в Амурской области.

       "По пути из Владивостока (с Восточного экономического форума-ИФ) Путин снова залетит в Амурскую область, на космодром "Восточный". Амбициозный проект (...) под личным контролем (президента)", - сообщает программа "Москва. Кремль. Путин" (телеканал "Россия 1", ВГТРК).

       В последний раз Путин приезжал на "Восточный" 6 сентября 2019 года. На совещании, которое он провел....

[cross-track]

МОСКВА, 29 августа. /ТАСС/. Система для быстрой межконтинентальной транспортировки людей с помощью ракет, разрабатываемая компанией SpaceX, может стать средством для переброски спецназа. Такое мнение выразил гендиректор Роскосмоса Дмитрий Рогозин.

Глава госкорпорации отметил, что новые разработки, которые реализует SpaceX, связаны с Пентагоном. В качестве примера он привел быструю межконтинентальную транспортировку людей. "Обычные пассажиры никогда не будут пользоваться этими услугами, это смешно. Это перегрузка, эмоциональное потрясение. Это все история для спецназа. Чтобы перебросить с одного континента на другой специально обученных людей, такие технологии будут хороши", - сказал Рогозин в интервью "Газете.ру".

А чем ответит Роскосмос? Федорами?

[АниКей]

РОГОЗИН

@Rogozin
·
1 ч

Благодаря таланту
@rianru
придумывать яркие заголовки из довольно-таки ровного интервью, гуманоиды, как только о них зашла речь, тут же обнаружились и слетелись оставить свои остроумные комменты. Гуманоиды существуют, что и требовалось доказать, лишь повесив это объявление )))













Цитировать твит




РИА Новости

@rianru


Государственное издание, Россия
· 4 ч


Рогозин допустил существование гуманоидных инопланетян https://ria.ru/20210829/rogozin-1747726077.html

[АниКей]

tass.ru

Песков заявил, что Путин на следующей неделе посетит космодром Восточный


МОСКВА, 29 августа. /ТАСС/. Президент России Владимир Путин на следующей неделе посетит космодром Восточный в Амурской области. Это подтвердил ТАСС пресс-секретарь главы государства Дмитрий Песков.

"Да, президент Путин планирует по дороге из Владивостока сделать остановку на космодроме Восточный", - сказал представитель Кремля.

Ранее Песков сообщал, что Путин на следующей неделе примет участие в Восточном экономическом форуме, который пройдет 2-4 сентября на острове Русский. Также в программе рабочей поездки президента будут и другие мероприятия во Владивостоке.
26 августа гендиректор Роскосмоса Дмитрий Рогозин сообщал, что планирует в ближайшие дни встретиться с главой государства для обсуждения перспектив развития пилотируемой космонавтики.
Восточный - первый российский гражданский космодром, он находится в Амурской области вблизи Циолковского (город возник в 2015 году на месте бывшего поселка Углегорск). Указ о создании космодрома был подписан президентом РФ в 2007 году. В рамках первой очереди строительства в 2012-2016 годах здесь был возведен универсальный стартовый комплекс для ракет-носителей серии "Союз-2". Вторая очередь строительства космодрома предполагает возведение стартового стола под ракеты-носители "Ангара-А5" и сопутствующей инфраструктуры. Предполагается, что возведение второй очереди завершится в конце 2022 года.
Путин неоднократно бывал на Восточном, в предыдущий раз - в сентябре 2019 года. Президент тогда провел на космодроме совещание по вопросам развития его инфраструктуры и перспективных ракетных комплексов.

[Veganin]

МОСКВА, 29 авг - РИА Новости. Роскосмос отложил испытания ракетных двигателей из-за того, что почти весь производимый жидкий кислород поступает для лечения больных COVID-19, заявил генеральный директор Роскосмоса Дмитрий Рогозин.
"Мы уже в течение трех месяцев передаем почти весь производимый нашими предприятиями кислород в лечебные учреждения, вынужденно перенося из-за этого сроки испытаний ракетных двигателей. Мы понимаем, что ситуация с ковидом сложная, поэтому помогаем чем можем", - написал он в Twitter.
Ранее агентство Блумберг сообщило, что резкий рост числа заболевших COVID-19 и необходимость перенаправить поставки жидкого кислорода, который является топливом для ракет, в больницы привели к переносу космических запусков в США.

ria.ru

Спойлер

Liquid oxygen shortage squeezes SpaceX launch plans
by Jeff Foust — August 25, 2021
Shotwell
SpaceX President and COO Gwynne Shotwell warned that a liquid oxygen shortage could affect her company's launch schedule. Credit: Thomas Kimmell
COLORADO SPRINGS — A widespread shortage of liquid oxygen linked to the latest wave of the pandemic could affect SpaceX's launch schedule, a company executive said Aug. 24.

Speaking on a panel at the 36th Space Symposium here, Gwynne Shotwell, president and chief operating officer of SpaceX, cited difficulties in securing supplies of liquid oxygen as one of its biggest supply chain concerns.

"We're actually going to be impacted this year with the lack of liquid oxygen for launch," she said. "We certainly are going to make sure the hospitals are going to have the oxygen that they need, but for anybody who has liquid oxygen to spare, send me an email."

Liquid oxygen is one of the most commonly used propellants in launch vehicles. It serves as an oxidizer in combination with fuels such as liquid hydrogen, kerosene and methane.

Demand for liquid oxygen has soared in recent weeks because of the rise of COVID-19 cases caused by the delta variant. Hospitals use liquid oxygen as a source of oxygen for ventilators.

That demand has had wide-ranging effects on the liquid oxygen supply chain. In Florida, the Orlando Utilities Commission announced Aug. 20 that its weekly deliveries of liquid oxygen, used in water purification systems, had been cut by up to 50%. Officials asked city residents and businesses to reduce their use of water to avoid water shortages that could be caused by the reduced capacity of its purification systems.

Shotwell didn't elaborate on the impacts of the liquid oxygen shortage on its launch schedule. The company has not launched a Falcon 9 rocket since June 30, an unusually long hiatus caused in part by delays in the production of new Starlink satellites with laser inter-satellite links. However, SpaceX is scheduled to end that break with the Falcon 9 launch of a cargo Dragon spacecraft to the International Space Station Aug. 28 from the Kennedy Space Center.

Other companies are seeing impacts of the liquid oxygen shortage. In a tweet after the conference session, Tory Bruno, chief executive of United Launch Alliance, said that the government contractor that supplies nitrogen for its launch facilities at Vandenberg Space Force Base in California is now working on addressing the liquid oxygen shortage in Florida.

That could impact plans for the launch of the Landsat 9 spacecraft from Vandenberg on an Atlas 5, currently scheduled Sept. 16. "Working that situation now," Bruno said.

[свернуть]

[АниКей]

Химками дым из труб Энергомаша от АТиНДМГ-шной вонючки?

никогда там не было и не будет. обычный пар шумоглушения и очистки кер-кислр.


и т.к. не в тему - удалено
уж квадрату наверняка известно что там есть и чего нет. вбрасывать-троллить не надо
все что не в тему - будет в корзине

[АниКей]

roscosmos.ru

Интервью. Интервью Владимира Соловьева РИА Новости. Часть 1


#СМИ#РИА Новости#РКК Энергия#МКС#наука#Пилотируемая космонавтика
30.08.2021 09:30
75 лет назад было образовано Опытное конструкторское бюро номер один во главе с главным конструктором Сергеем Королевым. Именно его специалисты обеспечили приоритет нашей страны в космосе — вывели на орбиту первый спутник и отправили в полет Юрия Гагарина. В настоящее время предприятие носит название Ракетно-космическая корпорация «Энергия» имени С.П. Королева (входит в состав Госкорпорации «Роскосмос») и единственным в России сохраняет компетенции в области пилотируемой космонавтики. Здесь изготавливают грузовые корабли «Прогресс МС» и пилотируемые «Союзы МС», ведут разработку нового космического корабля «Орел» и сверхтяжелой ракеты для полетов к Луне, обеспечивают эксплуатацию российского сегмента Международной космической станции (МКС) и прорабатывают идею создания новой национальной станции.
В конце июля Россия отправила к МКС Многоцелевой лабораторный модуль «Наука», который длительное время готовили к запуску. Сам полет прошел с рядом замечаний, но специалистам на Земле удалось успешно их парировать и в автоматчиком режиме пристыковать модуль к станции. О непростом спасении «Науки» и перспективах его использования в составе станции, а также будущем российского сегмента МКС в интервью РИА Новости рассказал генеральный конструктор Ракетно-космической корпорации «Энергия», руководитель полета российского сегмента МКС, космонавт, дважды Герой Советского Союза Владимир Соловьев.
***

Спойлер

— Сообщалось о целом ряде нештатных ситуаций, с которыми пришлось столкнуться после запуска модуля «Наука». Расскажите о них.
— Перечень возникших в ходе автономного полета Многоцелевого лабораторного модуля «Наука» нештатных ситуаций, к сожалению, оказался достаточно обширным. Комиссия Ракетно-космической корпорации «Энергия» закончила свое расследование, материалы переданы комиссии Роскосмоса. После завершения работы этой комиссии определенная информация может быть предана огласке. Если говорить без конкретики, то у нас возникли проблемы двух типов: с топливной системой и датчиками. Третья проблема, связанная с программным обеспечением, возникла уже после стыковки. Несмотря на проблемы с клапанами топливной системы, из-за чего топливо в баках перераспределилось не очень удачно, и нам стало не совсем удобно с ним работать, удалось сохранить возможность проведения маневров. По замечаниям к датчиками инфракрасной вертикали мы еще проведем разбирательство с производителями, но резервирование и дублирование за счет звездных датчиков позволили сохранить режимы ориентации модуля.
— Насколько эти нештатные ситуации стали неожиданными?
— Они все были в разряде нерасчетных нештатных ситуаций, все были неожиданными.
— А насколько были серьезными?
— Все что происходило с запасами топлива и программным обеспечением — это достаточно серьезные нештатные ситуации.
— Какая-то вероятность совершенно неблагоприятного исхода существовала или у вас была уверенность успешного завершения миссии в любом случае?
— Была уверенность, что мы долетим. У меня лично она все восемь дней была. Если бы у меня ее не было, мы бы могли и не долететь. (смеется)
— Какая ситуация в этот момент царила в Центре управления полетами?
— Во-первых, основной закон: всегда нужно сохранять спокойствие, иначе ничего хорошего не выйдет. У меня был замечательный учитель Анохин Сергей Николаевич, начальник нашего летно-испытательного отдела (руководил подготовкой гражданских космонавтов — ред.). Он говорил: «Если возникает какая-то неприятность, выключи звук сирены и красную световую индикацию, первые секунды ничего не делай, а сначала подумай». По этому принципу мы и жили все восемь дней: днем, когда были сеансы связи с модулем, мы вели управление, а ночью отрабатывали меры по парированию нештатных ситуаций на наземных испытательных комплексах.
— Все восемь суток вы ночевали в Центре управления полетами?
— Практически да, и не только я. Хотел бы выразить благодарность всем своим коллегам, с которыми мы без отдыха работали все эти дни.
— Были ли примеры спонтанных идей, которые потом оказались к месту?
— Такое всегда было. Народ у нас творческий. Идей было достаточно и разных. Все они обсуждались. Но самое главное, каждую из них нужно было обязательно отработать на наземном испытательном комплексе, дельная она или пустая.
Понятно, что модуль «Наука» достаточно долго строился (его создание началось в 1995 году как дублера первого модуля МКС «Зари» — ред.). Когда имеешь дело с долгостроем, всегда со временем одни изменения наползают на другие. В прошлом году меня назначили председателем комиссии, которая более полугода изучала истинное состояние бортовых систем «Науки». Многократно ответственные специалисты рапортовали, что модуль готов, а когда мы взялись за проверку, оказалось, что, например, одна из бортовых вычислительных систем требовала капитальных доработок. Все компьютеры на МКС связаны друг с другом. И, конечно, видоизменение одной бортовой системы влечет изменения всей конфигурации. Мы нашли очень много моментов, которые надо было утрясти. Нам казалось, что мы все посмотрели, все вычистили, но оказалось, что некоторые вещи были настолько глубоко зарыты, что их невозможно было обнаружить имеющимися средствами. Та же двигательная установка, с которой возникли проблемы, предполагает наличие наземного физического аналога, который еще иногда называют проливочный макет. Это реальные баки, реальные трубопроводы. Там может быть заправлено не топливо, а вода, но не суть важна. У нас из-за ограниченных финансовых возможностей такого наземного аналога не было. И так-то модуль делали достаточно долго, так еще пришлось вместо наземного испытательного оборудования пользоваться только математическими моделями, которые не всегда правильно моделируют такие сложные процессы, как поведение жидкости в невесомости, фазовые переходы. Поэтому мы столкнулись с реальными проблемами, когда изделие уже летело.
— Действительно ли топлива после всех злоключений осталось только на одну стыковку, а вторую мог обеспечить только переход на ручное управление?
— Это слухи и сплетни. Топливо перераспределилось не очень удачно, оно не совсем эффективно было использовано во время первых коррекций, проводившихся с помощью двигателей малой тяги, но топлива хватало. А поскольку мы знали, что обязательно состыкуемся с первого раза, то и не стоит об этом говорить.
— Во время стыковки вы попросили космонавта Олега Новицкого перейти на ручной режим управления модулем, а спустя секунды отменили команду. В итоге стыковка прошла в автоматическом режиме. Был сбой системы сближения?
— Проблемы с системой стыковки «Курс» были обнаружены еще в первый день, и в принципе мы ожидали, что на последних метрах перед стыковкой с МКС придется включить телеоператорный режим управления. Космонавты к этому были готовы. Наши наземные специалисты, которые занимаются ручным режимом управления, на протяжении всей стыковки по внутренней системе связи «бомбили» меня запросами о необходимости перехода в ручной режим. Я тянул до последнего. Прекрасно понимаю, что такое ручное управление 20-тонным объектом в космосе. В какой-то момент я дрогнул, увидев, что мишень стыковки уходит из поля зрения камеры «Науки», и не очень активно попросил, чтобы Олег переходил в телеоператорный режим управления. Секунды спустя увидел, что «крест» мишени пошел назад и тут же отменил команду. Поскольку Олег — человек военный, он не торопится выполнять приказ, понимая, что вскоре может поступить команда на отмену приказа (смеется). Так что все хорошо обошлось, пристыковались в автоматическом режиме. Автоматика не подвела.
— Как вы восприняли последующие события — незапланированное включение двигателей «Науки»? Наверное, после успешной стыковки поехали домойотдохнуть, а тут такое?
— Когда произошло стягивание модуля крюками стыковочного узла, я понимал, что они его уже никуда не отпустят и, скажу откровенно, пригласил некоторых коллег попить чая у меня в кабинете. Подчеркиваю, чая. Спустя полтора часа вышли в зал управления, где оказалось, что в бортовом компьютере модуля висит признак «увод», нет признака «сцепка». Это значит, что «мозги» машины полагают, что она в автономном полете: «Как же так, я еще лечу, а вы меня уже связали». Парадоксальная ситуация сложилась, когда у нас модуль, несмотря на то, что был состыкован, его стягивали крюки, каждый выдерживает по восемь тонн на разрыв, но тем не менее в программном обеспечении модуля действует программа автономного полета. В итоге компьютер выдал команду «увод» и двигатели отработали семь секунд.
— Разве семь секунд, не 45 минут?
— Это в первый раз. Во второй раз они работали как надо (смеется). После первого включения мы задумались, потому что ситуация была совершенно нам непонятная, из области фантастики. Но не только во включении двигателей была проблема. Во время полета к МКС солнечные батареи «Науки» вырабатывали в четыре раза больше энергии, чем требовалось модулю на поддержание работоспособности систем — 200 ампер/час при расходе 50 ампер/час. Но после первого включения двигателей «Науки» нас ждали шесть витков (девять часов — ред.) в теневой зоне. А модуль был не подключен к единой электросистеме МКС. За теневой участок все системы модуля бы обесточились, и мы не смогли бы им управлять. Поэтому нам требовалось перейти на общее питание с МКС, чтобы модуль и станция были связаны по энергетике. Пришлось действовать в цейтноте. Все усложняло еще и то, что в модуле стояла старая система управления, которая и так работала с трудом в первые сутки... Я был действующим космонавтом, когда использовали такие машины. Самые старые блоки системы управления «Наукой» были изготовлены в Советском Союзе в 1986-1990 годах.
До входа в тень оставалось немного времени, а сеансов управления через наземные измерительные пункты было мало, времени для наземной отработки команд не оставалось, пришлось сразу отправлять команды на борт. Основная задача была — объединить энергосистемы модуля и МКС. И вот в последней зоне связи на последнем сеансе нам удалось обойти режим отсутствия сцепки. Это было лихо: правой рукой левое ухо почесать — электрически объединить модуль со станцией, хотя «Наука» понимала, что механически она разъединена.
Ночью уже начали разбираться, как «мозги» «Науки» поправить, чтобы она понимала, что она находится в сцепке. Сейчас-то мы горя не знаем, у нас все вычислительные машины объединены, для связи используется спутниковый контур управления.
— То есть проблема была не в каком-то датчике, который не показывал, что есть стыковка?
— Проблема заключалась в сложном программном обеспечении, в котором была допущена ошибка. В наших наземных моделях ее нельзя было выловить.
— После включения двигателя «Науки» и разворота МКС американские коллеги перепугались. Насколько обоснованным был их испуг? Насколько понимаю, наибольшая опасность была для приводов солнечных батарей, зубцы которых могли повредиться от нагрузки при незапланированном маневре.
— Через час после случившегося я разговаривал со своим коллегой Джоэлом Монталбано — руководителем программы МКС в НАСА, которого знаю с 1993 года. Спрашивал его насчет солнечных батарей. Он меня успокоил, что воздействие было в два раза меньше, чем предельное. Он сам и его команда управления полета полагают, что ничего ужасного не произошло. Ну развернулось, ну и что?
— То есть никаких претензий к нашей стороне нет?
— Инженерный состав моего уровня и ниже никогда ничего не выдвигал.
— В США каждый успех вызывает бурю эмоций у сотрудников Центра управления полетами. В России эмоции проявляют очень сдержано. Вот и стыковку «Науки» сопровождали редкие аплодисменты. Почему такое долгожданное событие не вызвало всплеска эмоций?
— Я не соглашусь. Когда модуль был состыкован, в рабочем зале, не в главном зале управления, а в рабочей комнате, прозвучал вздох облегчения, даже некие аплодисменты были, что нехарактерно для нашей работы.
— В главном зале управления от радости и облегчения даже плакали.
— Слабаки! (смеется)
— Вы спокойно восприняли факт стыковки или какое-то облегчение испытали?
— Облегчение было, конечно, но воспринял спокойно.
— Во время полета «Науки», когда официальной информации не поступало, в блогах и в прессе проходила информация о неполадках, не всегда правдивая. Насколько такая информация создавала нервозность у специалистов?
— Во-первых, те, кто работает, у них нет времени смотреть сайты и прессу. Конечно, у нас есть специально обученные люди, которые отвечают за работу с общественностью, вот они нам и докладывают, что пишут, стараясь при этом не отвлекать от основной работы.
— Сейчас модуль находится в составе станции, начинается его эксплуатация. В «Науке» расположена третья каюта российского сегмента станции. Соответственно, возникает вопрос, когда российский экипаж будет увеличен до трех космонавтов?
— Уже сейчас можно было бы увеличивать экипаж, но не мы занимаемся формированием экипажей.
— Когда космонавты приступят к работе в «Науке»?
— Уже приступили. У нас сейчас в «Науке» очень много дел. Внутри модуля на станцию была доставлена тонна различного оборудования, которое нужно было разобрать, куда-то перенести. Третьего и девятого сентября у нас планируются выходы в открытый космос для подключения модуля к системам станции. Не знаю, ограничимся ли мы двумя выходами или потребуется дополнительный. Работа ребятам предстоит очень напряженная.
— Когда на борту «Науки» стартуют первые эксперименты?
— Определенную научную аппаратуру уже подключили и тестируют. Например, систему регенерации воды из урины СРВ-УМ. Часто вижу в публикациях прессы, что аналогичная система использовалась на станции «Мир» и стоит в американском сегменте. Это неправда. У нас совершенно иная установка, работающая на других принципах. Технологии наших американских коллег можно сравнить с самоваром: кипятишь урину — получаешь воду. У нас же центрифуга, мембранные фазовые переходы, высокий КПД. Установка сейчас работает в экспериментальном режиме.
— Внутри и на поверхности модуля расположено большое количестве стоек для научной аппаратуры. А сама научная аппаратура под них есть?
— Больная тема. С научной аппаратурой дело обстоит сложно. Ее производство занимает значительное количество времени, так как к ней применимы на сегодняшний день такие же требования, что и к служебной аппаратуре, например, системам навигации, или двигателям. Мы ведем сейчас диалог с коллегами из смежных организаций о том, что готовы изготовить аппаратуру промышленным образом, без лишних на наш взгляд испытаний, и готовы гарантировать ее безопасную работу на станции. Где-то нас поддерживают, где-то проявляют понятную осторожность, когда речь идет о пересмотре ряда отраслевых положений. Поэтому, к сожалению, на сегодняшний день цикл производства научной аппаратуры занимает иногда и восемь лет, часто она не успевает за научной деятельностью и теряет актуальность.
— Внутри «Науки» доставлено оборудование для проведения биологических экспериментов с животными на борту, чего в российском сегменте давно не было, в том числе, для исследований с перепелами. А когда будут доставлены сами объекты исследований?
— Некоторые биологические эксперименты будут доставлены на кораблях «Союз» в октябре и в декабре.
— Модуль должен иметь разработанную в Европе руку-манипулятор ERA, которая должна помогать космонавтам выполнять работы на внешней поверхности станции. Сейчас манипулятор находится в сложенном состоянии. Когда его установят на модуль?
— Такие работы планируется осуществить ближе к весне во время очередного выхода в открытый космос. Всего для того, чтобы все работы с «Наукой» завершить, по оптимистической оценке необходимо 7-8 выходов. Я думаю, что потребуется около 10 выходов. Во время них, в том числе, пригодится и ERA. Этой рукой мы будем перемещать и устанавливать на «Науку» шлюзовую камеру. Сама ERA — это более роботизированный вариант канадской руки-манипулятора. У них все управление ведется вручную, с помощью джойстика. Здесь же можно задать зоны, откуда и куда нужно перенести груз, а манипулятор выполнит задачу в автоматическом режиме.
— «Наука» в свое время была наземным дублером «Зари». «Заря», как известно, строилась за американские деньги. Не могут ли США каким-либо образом претендовать на модуль?
— Не знаю. Вопрос интересный. Раньше я ничего такого не слышал.
— Гарантийный срок эксплуатации модуля «Наука» определен до конца 2027 года. Можно ли его, если такое решение будет принято, потом использовать в составе новой российской орбитальной станции?
— В моем понимании — нет. Некоторое оборудование начнет выходить за пределы гарантийного срока с 2023 года. Что-то мы продлим до 2027 года. Но я к этому вопросу отношусь очень осторожно.
— Если у «Науки» сроки годности такие короткие, что можно сказать про эксплуатирующиеся 20 лет модули «Заря» и «Звезда»? Действительно ли 80% систем модуля «Звезда» находится за пределами гарантийного ресурса?
— Мы этой информации и не скрывали. Все это указано в наших отчетах. Мы много лет предупреждаем, что пора думать о новой орбитальной станции. В декабре прошлого года я делал доклад на Совете РАН по космосу, где совершенно обосновано говорил об этом. Потом этот вопрос обсуждался на совете Военно-промышленной комиссии, затем свое совещание провел Совет главных конструкторов, на котором никто из присутствующих не дал гарантию, что за пределами 2025 года оборудование станции не выйдет из строя. На словах все убеждают, что ничего не поломается, но подписи под документом не ставят. В конце июля состоялось заседание президиума Научно-технического совета Роскосмоса, где отмечалось, что станция дышит на ладан. Средства на обеспечение эксплуатации станции до 2025 года выделены, но после 2025 года нас ждет полный швах. В основном это касается герметичности корпуса и сложных вычислительных средств, которые выработали свой ресурс.
— Если мы затронули тему герметичности корпуса, то какова причина трещин в переходной камере модуля «Звезда», где почти два года назад была зафиксирована утечка воздуха, которая, несмотря на ремонт, продолжается до сих пор?
— Конкретная причина ее образования не ясна. Но когда она была обнаружена, исследована космонавтами, а данные переданы на Землю, материаловеды РКК «Энергия» и ЦНИИмаш (входят в Роскосмос) сделали вывод о том, что такое поведение характерно при нарушении режима сварки корпуса. Если при сварке произошло перенагревание корпуса, ведь все тогда сваривалось вручную, и где-то сварщик мог сделать паузу, задержаться, то после длительного нахождения в вакууме сплава алюминия-магния швы становятся пористыми. Добавим сюда внутренние вибрации, которые вызывают «вибрационные узелки», резонансные явления... В итоге воздух начинает уходить. Несколько таких мест с несквозными трещинами обнаружены в модуле «Заря». Это все нехорошо и наводит на мысль, что со временем трещины начнут расползаться. Мне это очень не нравится.
Коллеги из ЦНИИмаш предлагают провести на борту МКС научно-исследовательскую работу: установить большое количество высокоточных датчиков, чтобы определить места расположения «вибрационных узелков». Убедиться, совпадают ли они с местами сварки.
— А нельзя взять герметик и замазать весь отсек?
— Переходную камеру модуля «Звезда» космонавты замазали дважды, нанесли по два килограмма герметалла по всем швам, по трещинам. Но утечка все равно продолжается. Если не держать камеру закрытой, то в сутки мы будем терять примерно полкилограмма воздуха. Поэтому переходную камеру приходится держать закрытой.
— Стыковочный узел, который находится в переходной камере, можно считать потерянным?
— Почему же. К нему продолжают стыковаться корабли. Мы его в какие-то моменты открываем для работы с «грузовиками», работ в переходной камере.
— Планов полностью его закрыть нет?
— Нет, да и зачем. В наших планах найти негерметичность и устранить ее.
— Как вы относитесь к планам продления работы станции после 2025 года?
— Я считаю, что это очень рискованное дело. И за него браться нельзя. Это «русская рулетка». Именно поэтому нам нужно уже сейчас думать о новой российской станции, чтобы не допустить паузы в пилотируемых полетах.
Вторая часть интервью о перспективах создания Российской орбитальной станции будет опубликована во вторник, 31 августа.

[свернуть]

[владимир смурной]

roscosmos.ru

Интервью. Интервью Владимира Соловьева РИА Новости. Часть 1

Спасибо Соловьеву, что хоть сегодня появилось описание той недели, а не через год или пять в автобиографических воспоминаниях!!!

[АниКей]

А до этого никто и не думал делиться кислородом для людей

удалено


см.напр. тему. вирус-космос
флуд-троллизм
впредь все квадратное в этой теме удаляю не читая

[АниКей]

30.08.2021 От создания кораблей до управления МКС. Как работает РКК «Энергия» Одному из ведущих ракетно-космических предприятий России — Ракетно-космической корпорации (РКК) «Энергия» — исполнилось 75 лет. Она была создана приказом министра вооружения СССР Дмитрия Устинова как отдел № 3 Специального конструкторского бюро Научно-исследовательского института № 88 для разработки баллистических ракет дальнего действия. Сейчас РКК «Энергия» является головной организацией по разработке пилотируемых космических систем

[АниКей]

29.08.2021, 11:17
Уставный капитал «Красмаша» увеличен на 3,7 млрд рублей
Размер уставного капитала АО «Красмаш» увеличен на 3,74 млрд руб. Сейчас он составляет 27 млрд 597 млн 792 тыс. рублей.
По данным «СПАРК-Интерфакс», изменение внесено в учредительные документы 27 августа.
Актуальные данные по распределению долей собственников не приводятся. Предприятие является полностью государственным. По информации на официальном сайте «Красмаша», его акционерами на 14 апреля 2021 года являлись АО «Государственный ракетный центр им. академика В.П. Макеева», госкорпорация «Роскосмос» и Российская Федерация в лице «Роскосмоса».
На прошлой неделе «Красмаш» посетил глава «Роскосмоса» Дмитрий Рогозин. Он, как сообщает пресс-служба завода, провел совещание с руководством предприятия, на котором обсуждались вопросы текущей реконструкции и модернизации производства, а также дальнейшие перспективы развития «Красмаша».
АО «Красноярский машиностроительный завод» основано в 1932 году. Производит ракетно-космическую технику. Выпускает криогенную продукцию с 1962 года. Крупнейшее предприятие в Красноярском крае, производящее жидкий медицинский кислород.
Дарья Решетникова

[АниКей]

Главная → Публикации → Новости
Новости
#Роскосмос#СМИ#ТАСС#Владимир Путин#Дмитрий Рогозин#Владимир Устименко
30.08.2021 12:45
Дмитрий Рогозин готовит Владимиру Путину доклад о перспективах пилотируемой космонавтики в контексте РОСС
Генеральный директор Роскосмоса Дмитрий Рогозин доложит президенту России Владимиру Путину о перспективах пилотируемой космонавтики в контексте создания Российской орбитальной служебной станции (РОСС). Об этом сообщил ТАСС в понедельник руководитель пресс-службы Роскосмоса Владимир Устименко.

«Дмитрий Олегович Рогозин готовит доклад президенту России о перспективах развития отечественной пилотируемой космонавтики в контексте развертывания Российской орбитальной служебной станции», —

отметил Устименко.

Ранее Рогозин заявлял, что в ближайшие дни планирует встретиться с президентом РФ. Позднее пресс-секретарь главы государства Дмитрий Песков сообщил ТАСС, что Путин посетит космодром Восточный в Амурской области по дороге из Владивостока.

Источник: ТАСС
 30 августа 2021 года, 09:07