Умер Василий Песков

Автор Liss, 13.08.2013 00:32:11

« предыдущая - следующая »

0 Пользователей и 1 гость просматривают эту тему.

Liss

http://www.eg.ru/daily/melochi/39825/

ЦитатаНе стало Василия Пескова
 
Опубликовано 12 Августа 2013 г.    
        
Легендарный журналист «Комсомольской правды» и ведущий программы «В мире животных» ушел из жизни в 83 года

Сегодня вечером не стало Василия ПЕСКОВА - известный писатель, путешественник, бессменный очеркист «Комсомольской правды» и ведущий программы «В мире животных» ушел из жизни на 84-м году. О кончине Василия Михайловича сообщил его внук. Два года назад Василий Песков  перенес инсульт, но, несмотря на недуг, продолжал появляться в стенах родной «Комсомолки».
 Журналистом «Комсомольской правды» Василий Песков стал в 1956 году. До этого, окончив школу, работал пионервожатым, шофёром, киномехаником, фотографом, сотрудником воронежской областной газеты «Молодой коммунар», в которой и начал свой творческий путь журналиста. Первая книга писателя вышла в 1960 году, и с  тех пор сборники его очерков регулярно издавались не только в Советском Союзе, но и за рубежом.
Василий Михайлович всегда увлекательно рассказывал о природе, благодаря этому дару его и пригласили на телевидение - в программу «В мире животных», которую он вел вместе с Николаем Дроздовым с 1975 по 1990 годы. Песков был страстным путешественником: летал на Северный полюс, в Антарктиду, шесть раз был в Африке, пять раз - в Америке, объездил Азию и Европу. Свою страну Василий Михайлович изъездил вдоль и поперек. Именно он открыл всему миру таежных отшельников-староверов Лыковых, о которых написал документальную книгу «Таежный тупик» - она вышла в 1990 году.
Василий Песков - лауреат Ленинской премии, премии Президента России, награждён пятью советскими орденами и российскими наградами. Он получил «Золотое перо России», ему присужден Орден «За заслуги перед Отечеством» IV степени за большой вклад в развитие отечественной журналистики.
Сказанное выше выражает личную точку зрения автора, основанную на открытых источниках информации

Liss

http://www.kp.ru/daily/25665.3/826080/

ЦитатаПятьдесят лет назад, 12 апреля 1961 года, советский космонавт Юрий Гагарин впервые облетел земной шар
                               
Ясно было: готовятся корабли с человеком на борту.

- Интересно, газеты об этом что-нибудь знали?

- «Комсомолка» в лице главного редактора  Воронова знала. До этого у нас в газете работала Тамара Апенченко. Ее пригласили на службу, где готовились летчики, которых стали звать космонавтами. Конечно, Тамара нарушала служебную тайну. Но служба - службой, а дружба - дружбой.

- Что важного могла Тамара сказать редактору?

- Могла сказать то, что Воронов уже знал. Ну, например, Тамара знала, каким был разговор главного конструктора С. П. Королёва. Он показывал технику завтрашнего дня и присматривался к молодым летчикам - интересовался их вопросами, задавал много своих. Гагарин Королёву сразу понравился - открытый, сообразительный, обаятельный, все ему было интересно. Кто будет первым, решалось перед стартом. Главное слово было за Королёвым. И Королёв в своем выборе не ошибся.

Можно предположить: Титов (второй космонавт) хотел быть первым. Но что делать, все люди, все хотят не быть последними.

- ДАВАЙТЕ теперь вернемся к 12 апреля.

- Накануне вечером Юрий Петрович позвал в свой кабинет. Тамара была явно взволнована. «Полет будет, скорее всего, завтра...»  - «Никому ни слова, - сказал Воронов. - Утром в машине слушайте радио. В доме Гагариных сразу позаботьтесь о снимках и быстрее в редакцию».

- Каким был день? Что запомнилось?

- День был обычный. Ночью выпал чистый апрельский снежок. Машины бежали с белыми крышами. Мы поставили свою «Волгу» в сторонке и открыли дверцы. По радио «булькала» какая-то музыка. На дорогу из леса вышел лось. И все шоферы тормозили, любуясь небоязливым зверем. Я попытался сделать снимок, как музыка в приемнике смолкла и мы услышали хорошо всем знакомые торжественные слова: «Говорит Москва! Говорит Москва!..» Это было то, что мы ждали. Скорее в машину. И через пять минут мы были у дома, хорошо знакомого Тамаре...

Комнаты были уже наполнены соседями. Все с радостью толпились у телевизора и поздравляли жену Гагарина Валю. Две дочки Гагариных грызли яблоки и не понимали, что происходит. Мать то улыбается, то вытирает ладонью слезы...

На улице все говорили о Гагарине. В этом городке его знали - «Во парень!» Другие только что о Гагарине слышали. Но все считали его героем.

Вспоминаю свою жизнь: конец войны и смерть Сталина. Так же вот волновались... И в Москве все говорили о том, что случилось сегодня утром.

В РЕДАКЦИИ столпотворение! Все спешат с расспросами. Юрий Петрович всех собрал в Голубом зале. Мы с Тамарой отвечали на много вопросов. С особым интересом разглядывали фотографии. На мне лежала серьезная ответственность: Валя Гагарина неохотно дала домашний альбомчик - показать в «Комсомолке», боясь, что растащат снимки. Пришлось сказать несколько серьезных слов и просьбу: каждый снимок смотреть по очередности. «Вот он! Простой, явно умный парень... Это мать, это отец - деревенские люди... А это Валя с космонавтом грибы собирают. Гагарин на крыле легкого самолета. Прыжок с парашютом...»

Потом бегу в фотолабораторию - проявить сделанные в то утро снимки. Опять всё покажи. Так велик был интерес к человеку...

А в метро и на улицах - главные разговоры о нем, Гагарине...

- ВЫШЛА на другой день газета. Все увидели снимки. А где же сам Гагарин? Вас этот вопрос интересовал?

- Еще как! В редакцию несколько человек позвонили. «Видели парашютиста на поле, он нас приветствовал. Потом появились военные и куда-то увезли человека. Ясно, это был Гагарин...»

Мы в Москве пытались хоть что-нибудь узнать. В «Комсомолке» работал Павел Барышев. Он был специалистом по делам авиации. «Давай позвоним по «кремлевскому» телефону... Ответил нам (забыл фамилию) вежливый человек: «Я хорошо понимаю ваши заботы. Слушайте внимательно. Через час с Внуковского аэродрома в нужное место пойдет самолет. Вас возьмут. Но не опаздывайте...»

- Представляю, как вы кубарем летели к автомобилю. Вас ждали?

- Да, в дверях самолета стоял человек и смотрел на часы. Мы представились. И большая машина направилась на взлетную полосу. «Куда летим?» - спросил Павел двух проводниц, глядевших в зеркало. «Говорят, в Куйбышев, за Гагариным», - бойко ответила одна проводница. Самолет был пустой, кроме нас четверых и пилотов - никого. Через два часа мы сели в Куйбышеве на заводском аэродроме.

Никто нас не встречал, никому мы были не нужны. Молодой лейтенант спросил: «Вы куда?» Узнав, в чем дело, парень почесал в затылке: «Да что же с вами делать?..» Это был читатель нашей газеты, и он считал долгом нам помочь. «Я довезу вас в одно место. А там - по обстоятельствам...»

За городом на берегу Волги увидели мы большой дом. На воротах дежурный: «Вам кого?» Объясняем: «Мы из Москвы...» Зовет кого-то. И вдруг узнаем генерала Каманина Николая Петровича. Он молодым пилотом спасал челюскинцев. Получил Героя. Помнит: газета писала о нем. «А, комсомолия, пронюхали, где что лежит. Проходите. И тихо минут двадцать сидите». (Позже узнали: один из первых Героев Советского Союза приставлен был к первым космонавтам «дядькой»-воспитателем.)

- Сидели тихо. Наверное, разные «умные» вопросы готовили Гагарину?

- Точно! И, чтобы скоротать время, шары бильярдные катали.

Фотокамеру я держал наготове и с беспокойством глядел в окно - апрельское солнышко уходило, еще полчаса - и вряд ли можно будет снимать.

Я целился в шар, когда по скрипучей деревянной лестнице сверху молодым шагом сбежал невысокого роста майор. Он был один, и в первый момент мы решили, что это посыльный сверху - еще раз сказать, чтобы мы подождали. Но майор протянул руку:

- Здравствуйте. Это вы из «Комсомолки»?..

Батюшки, да это же он! Ну конечно, это Гагарин... Худенький невысокий майор вполне понимал ситуацию и так хорошо, так дружески улыбнулся, что мы сказали:

- Юра... - Мы просто иначе и не могли назвать.

Куда улетели из головы старательно заготовленные вопросы? Я мучительно думал: о чем же спросить? О самочувствии, о здоровье? Но подтянутый вид и эта улыбка исключали вопрос. Мы достали из сумки газеты... Это был хороший подарок. Гагарин внимательно, с улыбкой рассматривал снимки жены и старшей из своих дочерей. Просто сказал:

- Спасибо.

Нужен снимок! Не портрет. Портрет все уже видели. Надо в каком-нибудь действии. Лихорадочно соображаю: что же может делать космонавт в этом зале?

- Юра, играете в бильярд?..

- Давайте... - И опять улыбка.

Игры-то, понятное дело, не было. Минут десять потолкали шары. Потом, схватив камеру, я снимаю, совсем неуверенный, что снимки получатся (в люстре горели три слабенькие лампочки). Уже имея опыт фотографа, из бильярдного стола я «выжимал» все что можно. Крупно - шар! Он - как Земля... Мою творческую фантазию прервали два медика:

- Ну, наверно, уже довольно? Пойдем, Юра, пойдем...

И они пошли наверх. На середине лестницы майор оглянулся и подмигнул двум пьяным от радости журналистам: дескать, мы еще встретимся...

Передав в газету маленький репортаж, мы с Павлом стали искать ночлег. Но уснуть в ту ночь было нельзя. Перебирали подробности дня, разговор то и дело прерывался словами: «Какой парень!»

УТРОМ мы сразу приехали на берег Волги, к уже знакомому дому. С верхнего этажа поступала информация: завтракает... одевается...

И вот Гагарин уже на пороге. День солнечный. Полюбовались Волгой. Снимки на память. И вот шеренга машин уже у самолета.

Весь завод на десять минут прекратил работу.

Гагарин на трапе с поднятыми руками. Минута прощанья. Гул голосов: «Га-га-рин! Га-га-рин...» Гагарин снова на трапе. Благодарно поднятые руки. «До свидания...» Самолет поднимается и берет курс на Москву.

В самолете, как и вчера, пусто. Прибавляется только один, но важный пассажир.

- Вы много раз потом встречались с Гагариным. Он менялся?

- Я сказал бы так: набирался мудрости. Ум, чувство такта, юмор, доброжелательность в нем были всегда. Я видел Гагарина в кругу друзей, на трибуне, на космодроме, за семейным столом, в дороге, на охоте. Всегда он был ГАГАРИНЫМ.

Журналист из «Правды» рассказывал, как Гагарин в гостях у английской королевы за столом обратился к хозяйке с просьбой: «Ваше Величество, я вырос в деревне. Столько ножей и вилок не видел. Что брать вначале?» Хозяйка засмеялась и обняла Гагарина: «Милый, берите то, что ближе лежит. Я живу в этом доме, но тоже не знаю, зачем подают так много железок...»

- А в самолете поговорить удалось?

- Конечно, молча не сидели. Правда, разговором о полете Гагарина не стали беспокоить, боялись - «не расплескать» бы свежие впечатления...

По очереди фотографировались. Потом проводницы принесли что бог послал к обеду. Вспомнили старые и свежие анекдоты. Один рассказал Гагарин: «Мастерская художника. Обнаженная модель продрогла. «Оденься, - сказал художник, - и присядь выпить чаю». Сидят, пьют. Вдруг художник вскакивает: «Скорей раздевайся, жена идет...»

На подходе к Москве к нашему самолету пристраиваются истребители сопровождения. Они летят рядом, хорошо видны головы пилотов.

Все самолеты снижаются до предела и летят над Кремлем. Московские улицы запружены людьми. Все хотят видеть Гагарина...

Самолет останавливается перед трибуной. Мы обнимаем Гагарина. Дверь открывается, и космонавт четким шагом идет по красной дорожке навстречу всем желающим обнять его.

КОЛОННА машин движется в направлении Кремля. Нам с Павлом машет кто-то, стоящий у автомобиля. Это Сергей Александрович Борзенко, журналист, Герой Советского Союза. Во время войны он был в десанте моряков. Генерал потерял связь с десантом и узнал об успехе высадки из газеты. Сергей Борзенко был награжден самой высокой наградой.

«Вы откуда сейчас?» Мы скромно сказали, что прилетели в самолете с Гагариным. «Как прилетели?» Узнав о нашей одиссее, Сергей Александрович засмеялся: «Вот молодцы! А я, старый волк, не смог пробиться через толпу журналистов пишущих и снимающих. Садитесь, подвезу до редакции... Скажу о моих наблюдениях. Люди постепенно ко всему привыкают. Первые шоферы были знаменитыми. Первые летчики были героями. Сегодня любой человек может водить машину, а то и самолет. Запомните мои слова: через десять лет люди будут летать в космос «на работу». Будут жить на космических кораблях два-три месяца, а то и больше. Газеты не будут об этом писать. Но о первом человеке, облетевшем Землю, люди никогда не забудут. До свидания, ребята!»

РАДОСТНЫМ был апрель 1961 года. Все приветствовали Гагарина. Слали ему письма и трогательные подарки. Вот этот букет прислали из Голландии. Я, помню, искал что-нибудь интересное подарить. И подарок нашелся. В том году я был в Африке и на память привез яйцо из гнезда страуса. Очень приятно было подарить что-нибудь земное Гагарину.

Всё это было, Наташа, пятьдесят лет назад.
Сказанное выше выражает личную точку зрения автора, основанную на открытых источниках информации

Yanus

13.08.2013 04:47:06 #2 Последнее редактирование: 13.08.2013 08:54:40 от Yanus
Мимолётные встречи в 2009 г., когда Василий Михайлович навещал свою подопечную Агафью Лыкову...

Alien3

Много лет читал Василия Михайловича в "Комсомолке", начиная со школы. Когда газета совсем пожелтела, только его страничка сохраняла достойный вид...
Вечная память.

Salo

Вечная память... :cry:
"Были когда-то и мы рысаками!!!"

m-s Gelezniak

Читaл.
Буду помнить.
Шли бы Вы все на Марс, что ли...

ilan

Да... Один из настоящих, и самых читаемых журналистов.
Таких почти и не осталось.
Вечная память...

Александр Ч.

Ad calendas graecas

Global Ural

13.08.2013 15:41:13 #8 Последнее редактирование: 13.08.2013 17:45:07 от Global Ural
говорят что ни 1 выпуска В мире животных с ним не сохранилось, нам на ОБЖ учитель целый урок отвел под статьи с Комсомолки об отшельниках в Сибири и только недавно по Культуре я посмотрел про того кто эти статьи писал тогда, вечная память ему будет пока есть тот лес В Костромской области, он долго добивался статуса памятника природы...

p.s.
7 выпусков 80-х годов сохранилось в ГТРФ

Штуцер

Песков, 2006:
"...решили: доску в знак посещенья Истока поставить шагах в двадцати от места, названного колыбелью Днепра. Спилили мы на опушке сосну, ошкурили и прочно вогнали в землю столбы, укрепив на них, из Саранска привезённую, доску. Было нас четверо: саранские мужики - мастер-реставратор Анатолий Яковлевич Митронькин, его шофер Владимир Косынкин, давний мой спутник, редактор «Муравейника» Николай Старченко и я - журналист «Комсомолки».
 
После съемки на память сходили мы попрощаться с Истоком. Вернувшись к машине, оглядели доску со стороны и порадовались, что обошлись без многословия: «Тут начинается Днепр»."



Был там через год, в 2007. Без доски не нашел бы истока.
Но в виде обломков различных ракет
Останутся наши следы!

Reader

Соболезную. Теперь "Окна в природу" в КП не будет ...

Leroy

ЦитатаAlien3 пишет:
Много лет читал Василия Михайловича в "Комсомолке", начиная со школы. Когда газета совсем пожелтела, только его страничка сохраняла достойный вид...
Вечная память.
И я... Только лет на 15 раньше. Знаменитый был журналист.

Дмитрий В.

Lingua latina non penis canina
StarShip - аналоговнет!

Sаlyutman

Очень жаль... С удовольствием читал его книги и смотрел его передачи.
"...Зато мы делаем ракеты..."
"Уважаю Салютмана и Штуцера - грамотные человеки.Остальное сброд! Нет грамотной аргументации..."(с) algol57

Сергей Пиденко

Помню его потрясающий "Таёжный тупик", номера с которым выискивал по библиотекам и у знакомых, фантастически интересные (при отсутствии раздуть сенсационность) статьи о животных, с некоторых пор единственное, ради чего стоило покупать "комсомолку". Издавалось ли это отдельной книгой? Уровень Сетона-Томпсона, Арсеньева, Пришвина, с удовольствием перечитывал бы сам и внукам с правнуками завещал читать.
Огромная ему благодарность за незряшную жизнь.
Человек - это усилие. М.Мамардашвили (с)

hlynin

Замечательный был писатель... Но книги-то остались! У меня около десятка

Petrovich

Очень грустно  :cry:
может мы те кого коснулся тот (еще) энтузиазм...